«Пока живы библиотеки, культура не погибнет» Д. Лихачев

Шевнин Евгений Александрович 1951г.р., д. Нижняя Тойма

Родился 14 февраля 1951 г. в деревне Нижняя Тойма. Образование среднее. Окончил вятскополянскую среднюю школу №2. Работал в цехе №12 завода «Молот». Сейчас на пенсии.
Женат. Имеет 3 детей, 5 внуков.

 

 

 

 

Марш-бросок

Мы с телушкой шагаем вдвоем,
На базар торговаться идем.
Далеко нам до места шагать —
Километров так трижды по пять.

На веревке ее я веду,
А бедняга не чует беду.
Своим скотским умом не поймет,
Что к татарам на стол попадет.

Что с нее припасут гуляши,
Скажет кто-то довольно «якши!»
Коровенка идет и идет…
А поземка метет и метет…

Мы дотопали в Кукмор пешком,
Это можно назвать «марш-броском».
Может Вам удивительно то:
Так давно уж не ходит никто.

Но на это у нас есть ответ:
На машину у нас денег нет!
Напишу я в столицу письмо.
Самолетом отправлю его.

Благодарность лежать будет там,
Тем товарищам, тем господам,
Что нам дали «счастливую жизнь»,
При которой хоть в речке топись!

 

Не новогоднее настроение
Девяностопятый год
Скоро ступит на порог…
Девяностопятый год —
Год забот и год тревог…
Снова диктор говорит,
Что у нас «земля горит»
И что кто-то был убит…
Только я тут не пойму:
«Убивать-то почему?
Разве не хватает слов
В головах наших послов?»
Как тут быть, не знаю даже —
Просветлил бы Боже разум
В головах у всех властей.
И чтоб ненависть скорей
Вышла из сердец людей!

 

Наставление себе
Я давно не писал…
Может повода ждал?
Может выход искал для души…
Но теперь час настал:
Я себе приказал:
«Ну-ка. Женя, садись и пиши!

 

Юбилей Победы
Давным-давно закончилась война,
Осталась ветеранов седина.
Они домой пришли,
Врагов разбить смогли,
Свободу для потомков сберегли.
Идут года — полвека больше пронесло
Нелегкое солдата ремесло.
Никто бы не забыл,
Что не один он был.
Что рядом был еще глубокий тыл.
На хрупких немужских совсем плечах
Тяжелая держалася печаль.
Не просто без отцов,
Не просто без мужей
Ковать Победу для страны своей.
…Историю не нужно забывать!
Не надо допускать, чтобы опять
Живыми жгли людей
В печах концлагерей
И не было бы узников-детей.
Мы не хотим, чтобы повторно нам
Гробы позорно дал Афганистан.
Войны чеченской не хотим,
Так скажем, как один:
«Россию от позора защитим!»

Юбилей шагает по заводу
Есть городок на карте, —
Масштаб небольшой,
Корнями срастается
С вятской землей,
А край омывается
Вяткой-рекой.
То берег пологий.
То берег крутой…
Сначала заводик
Возник небольшой.
Но время шагало,
Бежала река,
Творила добро
Человека рука.
На месте крапивы
И грязных болот
Стал город красивым,
Солидным — завод.
Не скажешь —
У нас не бывает чудес:
Таинственный образ
Пред нами воскрес,
Из мрака пространства,
Из канувших дней
Явился завод осмотреть
Юбилей!
Завод с виду крепок,
Ему — шестьдесят.
Глаза чуть устало,
Но строго глядят.
Я с тем Юбилеем
Ходил по пятам,
Где он побывал —
Я тоже был там…
Вошли в проходную.
Идем мимо елок
Со множеством веток,
Красивых иголок,
Ведь ель не простая,
Она — сдалека,
Она голубая
Как будто слегка.
Сквозь ветки деревьев,
Сквозь ветки кустов
Мы контуры видим
Громадин-цехов.
«Отрадно, — сказал он,-
Хоть всюду лимит,
Труба белым паром
В котельной дымит».
Термический цех,
Гальванический цех.
А дальше «стекляшка»
Стоит на пути, туда»,-

 

Юбилейное (или «Ода заводу»)

Полянский завод «Молот»
По возрасту уж не молод.
Все знают, что он когда-то
Дал жизнь боевым автоматам.
Бойца ликовала душа,
Когда получал «ППШ».
Но вот отгремела война,
Блестят на груди ордена,
У тех, кто зло воевал,
Кто жизни добро защищал.
За ратный труд, не за моду
Был орден вручен заводу.
Летела дней череда,
Завод работал всегда.
И люди помнят о том,
Как им играл патефон.
Хороших много людей
Срослись судьбою своей
С заводом, с народом еще
Таким был Федор трещев.
О будущем думал он,
Солидно ли — патефон?
Его, молодого, заело:
Пора кончать это дело!
Не лаптем хлебаем щей.
Нашел он своих «лнвшей»,
Конструкторской мысли-
Простор,
И вот заработал мотор.
Да так он работать стал,
Что будто и не устал,
За 20 прошедших лет
Ни стонов, ни жалоб нет.
Хотя мотороллер катал
И даже с «лебедкой» пахал.
Наш город был очень мал,
Завод его строить стал.
Сияли лица людей
С двенадцати этажей.
И вырос у нас, наконец,
Добротный Культуры Дворец,
Он был не подарок неба,
Назвали его «Победа».
А время вперед идет,
Работает наш завод,
Он Родину не подведет:
Заказ оборонный берет.
Трудились тысячи смен,
Но ветер подул перемен
И нам сказали тогда:
«К вам рынок идет, господа!»
Глушили о прошлом тоску,
Варились в своем соку.
Завод задыхаться стал,
Как загнанный конь, дрожал,
Но все-таки не упал,
А только лишь захромал.
И . помнится, как сейчас,
Как цены пустились в пляс,
И как, не спросили, сожгли
У нас трудовые рубли.
Не просто же будет вновь
К труду возродить любовь.
Но надо нам всем понять –
Время не пустишь вспять.
На вятской нашей земле
Нельзя опуститься мгле.
Давайте не будем ныть,
Работать будем и жить,
Ведь каждый в душе патриот.
Да здравствует наш завод!
Ведь каждый в душе патриот

 

Наш червонец красненький был такой веселенький

Я приветствую тех,
Кто стоит у станка.
Пусть у них будет хлеб,
Будет твердой рука.

Я приветствую тех,
Кто у ферм и полей
Кормит нашу страну
И смирился давно
С трудной долей своей.

Я приветствую тех,
Кто творит головой,
Умножая добро.
После трудностей всех
Им бы в меру покой.

Проклинаю я тех,
Кто честь, душу продал
И нечестным путем
Сколотил капитал.
И, конечно же, тех,
Кто войну развязал.

Я того не пойму:
Убивать почему?
Разве нету послов,
Разве мало им слов?

Нужно дружно кричать:
«Прекратите скорей,
Не дадим убивать
Наших братьев, детей!»

Не нужна нам война,
Нам работа нужна,
Чтоб любой человек
Жил счастливо свой век.

Сверху нам говорят:
Переломный опять
Будет нынешний год,
Мол, терпите чуток,
И стабильность придет.

Наконец-то конец
Будет жизни больной,
И наступит тогда
Долгожданный покой.

Но сомненье берет:
В переломный-то год
Как бы нам и самим
Не сломали хребет.

Завод смертельно болен,
Завод не нужен стал
Тому. Кто возобрался
На власти пьедестал.

Его такую долю
Никто не предсказал,
Тогда бы не воздвигли
Мы этот пьедестал.

Наша экономика
Корчится в агонии,
А в России доллар ходит,
Как в своей колонии.

Может быть, от жадности
Он такой зелененький.
Наш червонец красненький
Был такой веселенький.

Но попал он в передрягу
И отделали беднягу.
Павлов бил, потом Гайдар
Мощный показал удар.

Был испробован на нем
Черномырдина прием.
Били все, кому не лень —
Темной ночью, в светлый день.

Если б это мы не знали,
И случайно повстречали,
То его бы не узнали —
Так его разрисовали:
Еле держится душа,
Меньше стоить стал гроша.

Нам сегодня не до жиру
Дал бы Бог остаться живу,
Да продолжить жизнь свою,
Рады и тому рублю,
Но его нам не дают…

Будем жить как люди мы,
Или нет?
Пусть на это даст ответ
Наш Министров кабинет.
И кричу что мочи я:
Бросьте, бросьте, господа,
Ваши полномочия!